Header NadegdaAV

images_jpg3215.jpgПрошёл уже  год  после первого богословского симпозиума памяти прот. Леонида Цыпина.
Один из представленных на симпозиуме докладов был посвящен прп.Максиму Исповеднику, создателю «великой реки богословского синтеза».
Прот. Леонид Цыпин в своем научно-богословском осмыслении процесса мироздания опирался на труды прп. Максима, богословские и философские интуиции которого достигают в этой области уникальной глубины и выразительности.
О том, как, по мысли прп. Максима, процесс Творения связан с конечными судьбами мира и человека, замыслом Божиим о спасении человека и повествует доклад И.Щировского.

Творение и конечные цели мироздания. Начало и конец творения (мысли по поводу одного места из труда о.Леонида Цыпина «Вселенная, Космос, Жизнь. Три дня творения»)

Вряд ли может вызвать существенные возражение утверждение, что богословская составляющая служения о. Леонида Цыпина занимала одно из центральных мест в его чрезвычайно многогранной деятельности во благо и развитие Церкви. Свое понимание различных богословских тем, текстов, творений святых отцов о.Леонид не раз высказывал в своих проповедях, беседах, занятиях с прихожанами и, конечно, прежде всего в письменных трудах. Причем форма подачи материала могла быть очень разная, от популярной до сугубо научной. Но всегда обращения к богословию и выражение богословских мыслей, идей пробуждало неподдельный интерес, стремление к познанию Истины.

Особняком стоит главный труд о.Леонида, его книга, монографическое богословское исследование «Вселенная, Космос, Жизнь – три дня творения» . Здесь, на наш взгляд, о.Леонид в полноте соединил свои знания в области естествознания и богословия и сумел сказать свое слово в разработке этой сложнейшей, вызывающей многочисленные научные и околонаучные споры и словопрения темы. Достаточно посмотреть на некоторые дискуссии и обсуждения отдельных статей по данной теме в печати или на портале богослов.ру, чтобы понять, что серьёзное обращение к данной проблематике требует огромных знаний в различных областях как светской науки и философии, так и в богословии, знания аргументации представителей различных, часто противоположных, направлений мысли по данной проблематике.

Но мы в данном случае попытаемся коснуться только одного момента, одного небольшого отрывка из труда о.Леонида, в котором, на наш взгляд, он сумел четко указать на дальнейшие перспективы разработки темы Творения, на ее важность не просто в плане развития мысли, но в плане судеб человека и мира. А любая богословская тематика, на наш взгляд, если она хочет избежать возвращения к схоластике, к формальному подходу, должна иметь перед собой сотериологическую цель. Истинное православное раскрытие любой богословской проблематики должно достигать конечных целей, проникать в Промысл Божий о мире и человеке, показывать путь ко спасению, к реализации замысла Божия о мире и человеке.

Именно в этой связи мы обратили внимание на два небольших по объёму, но очень важных, знаковых по содержанию параграфа из труда прот.Леонида Цыпина. В части первой, главе 3-й книги о.Леонида Цыпина имеется раздел 3.2.1, который называется «Учение преп. Максима Исповедника о Божественном Логосе и логосах тварного мира» , где как раз, по нашему мнению, автор и показывает выход темы на сотериологический аспект. В центре внимания оказывается фигура прп.Максима Исповедника, роль и значение которого во всей полноте раскрываются только в последние десятилетия. Но он и до сих пор остаётся недостаточно понятым и прочитанным автором. Эта тема продолжается автором в главе 7-й, где в разделе 7.6 вновь обращено внимание на прп.Максима Исповедника в связи с учением о Логосе и божественных логосах. 

Прп.Максим Исповедник (ум.662) стоит в самом центре византийской богословской традиции. Он создатель всеобъемлющего богословского синтеза («великой реки богословского синтеза» по выражению одного из современных патрологов ), которого в православном богословии до него вообще не было. Но он же обладал, как подчёркивает Г.М.Прохоров, и всеобъемлющим философским ведением, сочетаемым с мощной духовной интуицией.  Его не без основания называют лучшим представителем и отцом византийского богословия.  Как пишет известный современный патролог А.И.Сидоров: «Богослов, философ (или, точнее, «любомудр»), экзегет, мистик и полемист органично слились в личности преподобного».  Причем техника философского мышления применяется им для нужд богословия, имеет служебный характер.
 
И при этом следует еще раз напомнить, что освоение и осознание учения прп.Максима во всей его полноте началось только в ХХ веке, и процесс этот далеко не завершён.
    
До сих пор прп.Максим больше всего известен и изучен как защитник православного учения о Господе нашем Иисусе Христе против монофизитов и монофелитов. Он на новом уровне выразил полноту человечества во Христе, заключающую в себе и человеческую волю, и человеческую энергию. Однако прп.Максим явил себя и как богослов-мистик, богослов-аскет, как истолкователь трудных мест Писания и святых отцов. особенно известно его участие в комментировании, составлении глосс к творениям св.Дионисия Ареопагита. Но особое место в письменном наследии прп.Максима занимает разработка им богословия Творения, неразрывно у него связанного с конечными судьбами мира и человека, с целью мироздания. Здесь его богословские и философские интуиции, на наш взгляд, достигают уникальной глубины и выразительности.

Прот.Леонид, обращаясь к богословской системе прп.Максима, прежде всего отмечает, что у него очень четко проходит различение бытия Божественного, Нетварного, подлинного, от бытия тварного, не подлинного, которые «никоим образом не сочетаются друг с другом».  В различных богословских и домостроительных главах прп.Максим предельно разводит нетварное от тварного. Бог есть Сверхсущий, и «в силу... Сверхсущности Он еще более беспредельно превосходит всё, - пишет прп.Максим Исповедник. В другом месте даже указывается, что «подлинное Благо» «не является ни Началом, ни Концом», ни даже «движением к Причине», а поэтому Оно и не есть Сущее, «которое имеет и Начало, и Конец, и Причину бытия, и обладает неким движением к Причине» . Бог же определяется как «сверхбезначальное и сверхсущностное Благо – Святая Триипостасная Единица, Отец и Сын и Святой Дух; беспредельное единство Трёх Беспредельных». Причем ни смысл, ни образ бытия, ни то, какова Она есть «совершенно недоступны для сущих». Бог-Троица сокрыта для всякого знания, выходит за границы всякого ведения . Бог «не есть Сам по Себе ни начало, ни середина, ни конец.... безграничен, неподвижен и беспределен».  Таким образом прп.Максим подчеркивает превосходство Бога над всякой тварной сущностью, силой, действием, неоднократно выражая это в различных формулировках.

Исходя из таких определений Бога и Его отличности от мира, прп.Максим развивает учение о творении. Бог творит мир из ничего: «Бог, как Сверхсущий, привел в бытие сущности сущих из не-сущих».  Причем творит Бог «когда восхочет, единосущным Своим Словом и Духом». Поэтому прп.Максим конечно отрицает всякую совечность твари Богу, конечные существа не могут «от вечности сопребывать» Бесконечному. И творение заключается не в создании качеств из безформенной материи, но «естеств окачествованных».  Т.е. Бог творит именно само бытие, материю и ее качества, виды, формы. Но прп.Максим углубляет понимание творения, оказывается, что Бог-Творец «от вечности предсуществовавшее в Нем ведение обо всем сущем осуществил и произвел в дело когда восхотел».  Получается, что Бог творит из ничего, из не-сущих, но каким-то образом предсуществовавших в Нем как ведение.

Что же это предсуществующее у прп. Максима? Прот. Леонид указывает здесь на учение преподобного о божественных логосах. Именно логосы сущих и есть «предсуществующее».  Эти логосы у св.Максима понимаются, как «Божественный Замысел мира и Его многообразность».  Далее о.Леонид приводит важнейшие слова одного из выдающихся исследователей творений прп.Максима С.Л.Епифановича, который определяет логосы св.Максима как Божественные идеи, хотения, формирующий принцип каждой вещи, смысл, назначение, цель деятельности, правило. И все это как ведение и произволение Божие о тварном.  И вот, как логосы творений сочетаются у св.Максима с творимым Богом миром: «имея логосы творений пребывающими в Себе прежде веков, Он, по благому Своему волению, сообразную им тварь, видимую же и невидимую, произвел из небытия словом и мудростью, в должные времена сотворив и творя как все вообще, так и каждое по-отдельности». И далее пишет о том, что логос предшествует каждому творению, всему, «что приемлет от Бога бытие».  Итак в Боге находятся все логосы, все, по самой истине вещей, существует в Нем и у Него...., но каждое в приличествующее для него время, по мудрости Создателя должным образом согласно своему логосу было созидаемо» и воспринимает «сообразное самому себе бытие». В логосах бытие существует только потенциально, а актуально только по творении.

Умные же и словесные существа именно по причине предсуществующего каждому из них логоса являются «частицами Божества». Ведь логос бытия предсуществует в Боге .
При этом логосы не есть просто образцы, модели. О.Леонид подчеркивает, что по учению св.Максима логосы – это вся жизнь вещей приход в бытие, развитие, движение и достижение цели. Получается сложнейшая иерархия, которая охватывает как творение, так и бытие в развитии, в движении, в волениях Бога, раскрывающихся во времени!  Далее о.Леонид, опять ссылаясь на С.Л.Епифановича, пишет о трех энергиях Логоса (творческая, промыслительная, судящая) и соответствующих им тварных логосах естества (чувственный и умопостигаемый мир), промышления и суда (жизнь, движение и цель мира, где все сводится к обожению).  

Здесь, на наш взгляд, очень важна мысль о движении тварного мира. Прп.Максим Исповедник об этом пишет очень подробно: «Ибо если Божество неподвижно, как наполняющее Собою все, то все, что из небытия приемлет бытие, является также и подвижным, как движимое всячески к некоей причине». И далее он развивает мысль о том, что движение не остановилось, поскольку еще не достигло своего предела, желаемое еще не остановило движение, поскольку оно еще не достигнуто.  Но откуда движение?

Прп.Максим выстраивает такую последовательность: сначала бытие, а за ним движение, «ибо движение есть у пришедших в бытие», но у пришедших в бытие ничего нет неподвижного. Все движется. Но это движение не есть дурная бесконечность или вечный круговорот. «Конец есть то, чего ради все, само же оно ничего ради» и «ничто движимое из числа сотворенного не остановилось, не достигнув еще первой и единственной Причины...». И далее прп.Максим уже предельно ясно указывает на этот конец движения: «ничто из сотворенного не остановило своей природной силы, движимой к соответствующему ей концу, не прекратило же и действия направленного к свойственному ему концу». «Ибо только Богу принадлежит быть концом и совершенным, и бесстрастным, как недвижимому и полному и бесстрастному; сотворенному же – двигаться к безначальному концу....» . Концом же «движения движимого является само благобытие в вечности». Получается, что началом является Бог, Податель бытия и Дарователь благобытия. Он есть Начало и Конец. И движение от Бога, как от начала, к Богу, как к концу .  Но это явно не чистое возвращение тварной вещи в логосы и не исчезновение тварного мира в логосах, это соединение с Богом, обожение.

В этой связи важнейшее значение приобретает учение прп.Максима о возможностях познания Бога и причаствуемости твари Богу. Преподобный пишет: «Ибо все, по причине своего происхождения от Бога, соответствующим образом причаствует Богу: или умом, или словесностью, или чувством, или жизненным движением, или сущностной и свойственной пригодностью», при  этом идет отсылка к «великому и боговидцу Дионисию Ареопагиту».  Восходя же к Богу (тут имеются ввиду прежде всего человеческие существа), «становится богом и называется частицей Бога» именно по причине причастности Ему и путем верного и благого движения, которое в Боге, в Причине и заканчивается. Божественная цель достигается, и движение заканчивается, - полагает прп.Максим. Особое место в этом движении принадлежит человеку. Именно он соединяет и приводит к Богу весь тварный мир: «и да приидет во едино многое друг от друга отстоящее по природе, соединяясь друг с другом вокруг единой природы человека, и будет Сам Бог всяческая во всем, все объемля и осуществуя Собою».  

Однако движение может и измениться, принять своевольный характер. И тут опять человек оказывается в центре. Именно он своей волей использовал свою власть над миром «на худшее, перенеся аппетит с дозволенного на запрещенное... сам себя устранил от божественной и блаженной цели, предпочтя стать прахом тому, чтобы быть по благодати богом.... безобразие окружающего его вещества...доброте». Но это привело и к мировой катастрофе. Природа приобрела «непостоянство, несоразмерность», изменяемость, а тело человека стало страдательным и распадающимся. Правда уже в новом состоянии тела заложено и зерно исцеления: Бог желает, чтобы через страдания и бедствия «пришли мы в сознание себя самих и своего достоинства».  

Через движение к Богу совершается и Его познание. Но познание Бога не есть знание Его сущности, последнее невозможно. Тварное не может познать нетварное. Поэтому прп.Максим и пишет: «Бога знаем мы не по существу Его, но по великолепию творений Его, и Его о них промыслу. В них, как в зеркале, видим мы беспредельную Его благость, премудрость и силу».  Чистый ум познает только то, что «окрест Его», это такие понятия как вечность, беспредельность, неописанность, благость, премудрость, сила «вседетельная, всепромыслительная, всесудительная». Но уже и такое познание «недоведомости Его есть ведение, превосходящее ум», - пишет прп.Максим, ссылаясь на свт. Григория Богослова и св. Дионисия Ареопагита. 

Прот. Георгий Флоровский, излагая учение прп.Максима о непостижимости Бога, отмечает, что тем не менее «познание Бога в Его превысшем бытии возможно», но это познание совершается, по учению прп.Максима Исповедника, «в сверх-мысленном ведении, в экстазе». Дискурсивная мысль умолкает, и познание Бога из Его дел перерастает в видение Бога, во встречу Бога лицом к лицу и жизнь в Нем.  И к этому призван человек, его цель – обожение и соединение всего тварного мира с Богом. Собственно вся тварь сотворена ради этого соединения. Человек должен снять, погасить все разделения тварного естества как в самом себе, так и в мире.  

Человеческая природа оказывается серединой между природой божественной и бесплотной и жизнью бессловесной и животной. От божественного у человека словесное и разумевательное или дух, и мысль, от бессловесного – телесное, расчленение на мужеское и женское.
В этой неоднородности проявляется красота и гармония мира, согласие целого, все служит полноте единого мира. Красота в многообразии была изначально, но через синтез всего мироздания и через единение с Богом мир должен был быть еще прекраснее. И задача эта была перед человеком, он должен был возвести мир к Богу. Человек по замыслу Божию стал естественным посредником, который мог внести единство во все противоположности. Почему человек – посредник? Он является причастником всем сторонам бытия.

Это соединение разъединений происходит в 5-ти сферах:
1.    Сначала человек преодолевает разъединение человека на мужеский и женский пол путем безстрастной жизни, путем раскрытия в себе образа Божия.
2.    Затем снимается деление на рай и остальную землю святостью жизни, трудом, возделыванием и хранением рая, через пророческое, священническое и царское служение.
3.    Затем преодолевается разделение на небо и землю, фактически речь идет о земном притяжении. Это соединение коренится в самом человеке, соединяющем в себе душу и тело, и дух как высшую часть души.
4.    Посредством ума человек соединяет чувственное и умопостигаемое, мир видимый и невидимый, ангельский.
5.    И, наконец, любовью происходит главное – соединение тварной природы и нетварной. Это может сделать только посредник между тварным и нетварным, только образ Божий.

Таким образом и достигается цель творения, таким образом движение тварного мира приходит к Концу, упокаивается в Боге. Прот. Георгий Флоровский выражает учение прп.Максима так: « Он (человек) должен был соединить в себе весь мир и всю полноту сил своих направить к Богу... человек обратил бы весь мир в целостный и единый организм. И тогда бы излились на мир затопляющие потоки благодати, и Бог явился бы во всем вполне, даруя твари непреложное и вечное блаженство...».  Но грехопадением была разорвана цепь бытия, в мир вошла смерть, «разъединяющая и разлагающая», однако задача осталась прежней. И осуществляется она в Воплощении Слова, Божественной силой. При этом учение о Воплощении у прп.Максима имеет свои существенные смысловые акценты. Воплощение Слова у него входит «в первоизволение Божие о творении мира». Воплощение связывается прежде всего с обожением твари. Христос и есть это начало и конец. Воплощение было уже в первичном замысле Бога и независимо от человеческой свободы, от грехопадения. Воплощение не только для искупления, оно глубже и шире . Фактически все Откровение является Боговоплощением и Вочеловечиванием Слова. От самого начала  Бог-Слово определяется к вочеловечиванию, чтобы произошло освящение и обожение всей твари, всего мира. Именно потому, что человек призван соединить все планы бытия. И только в мире падшем Воплощение становится Искуплением, но изначально оно должно было стать исполнением, оправданием и обоснованием тварного бытия в целом.

Прп.Максим создает действительно величественную картину творения  мироздания, включающую в себя Замысел, логосы творения, соответствующие каждой вещи, Начало и Конец, и цель, которая в Боге, в обожении всей твари. Можно даже сказать, что происходит эволюция мира, но не саморазвивающаяся без Бога или даже путем первого толчка от Бога-Перводвигателя, а начинаемая Богом, сопровождаемая Богом и заканчивающаяся в Боге. Творение мира – это Божие дело, причем относительно каждой вещи, каждого вида и рода, каждого плана бытия. Прп.Максим пишет: «Бог сочетал умение с искусством для изыскания внешних форм творений... установил само бытие сущих так, как оно есть» , Он творит «в должные времена... как все вообще, так и каждое по-отдельности».  И в центре Начала и Конца – Бог-Слово, Его Воплощение, Вочеловечивание, а среди твари – человек, как соединяющий все и вся в мире, и прежде всего являющийся образом Божиим и достигающим подобия Божия. Можно конечно назвать эволюцией и самовольное движение твари, которое началось по грехопадении, но это скорее деструкция, разложение, полнейшее разъединение бытия во всех его планах и деталях. Но и здесь Бог присутствует, и здесь совершается попечение о твари, здесь совершается искупительный подвиг ради нее, ради все того же соединения с Богом.

Игорь Щировский


Календарь

Советуем почитать

На заре возрождения Русской земли

О преподобном Мефодии Пешношском и его обители. Зарей политического и нравственного возрождения Русской земли называл XIV век историк Василий Ключевский...